О главном
Старец Николай Гурьянов
Не будьте слишком строгими!
Чрезмерная строгость опасна. Она останавливает душу только на внешнем подвиге, не давая глубины. Подвиг без смирения и любви губителен.
Будьте мягче, не гоняйтесь за внешними правилами. Мысленно беседуйте с Господом и святыми.
Старайтесь не учительствовать, а мягко подсказывать друг другу, подправлять. Говорите, если сердце не молчит. От сердца к сердцу. Будьте проще и искреннее.
Протоиерей
Дмитрий Смирнов
Некоторые думают: что бы мнеn такое устроить, чтобы спастись? Акафисты читать, поклоны делать, ездить по монастырям? Исполняй хорошо то, что тебе поручено Богом: веди свою семью, занимайся детьми, делай ту работу, на которой ты работаешь, так добросовестно, чтобы Бог радовался, – и хватит этого, ничего не нужно выдумывать.
Но своё, постоянное, делать трудно. Трудно на свою дочку не раздражаться – значит, я буду продолжать раздражаться. А чтобы как-то свою совесть успокоить, я уж лучше в монастырь съезжу, сто рублей подам там на поминовение.
Сам поступок вроде неплохой, но было бы в тысячу раз лучше, если бы делал человек то, на что он Богом поставлен, а не искал другого пути. В монастырь съездить, конечно, неплохо, но ещё лучше кротко и смиренно терпеть все обстоятельства, которые происходят там, куда Господь нас Сам поставил. Вот и получается, что мы мечемся в поисках спасения, а спасението рядом, оно рассыпано везде...
Архимандрит
Кирилл (Павлов)
Мы ропщем иногда на болезни, между тем как должны бы благодарить за них, потому что, не говоря о будущей награде за страдания, болезни благодетельны и тем, что укрощают наши страсти, которые бы могли в нас усилиться и Бог весть до чего довели бы нас. Потому, если посетят тебя болезни, старайся их переносить с терпением и не искушайся мыслью, что они мешают твоим подвигам духовным. Надо не переставать повторять себе, что скорби чрезвычайно полезны душе нашей, что они ведут нас ко спасению и не их должны мы бояться, а того, чтобы Господь не забыл о нас, – вот истинно была бы величайшая скорбь. А когда Он посылает нам кресты, это доказывает не только памятование Его о нас, но и любовь к нам, грешным. Святое Писание очень часто повторяет нам эту высокую истину, чтобы глубже запечатлеть её в душе нашей: Егоже бо любит Господь, наказует: биет же всякого сына, егоже приемлет. Если в скорбях мы будем видеть не просто несчастья, а истинный крест Христов, тогда поймём, почему души скорбящие – любимые дети Божии.
Архимандрит
Рафаил (Карелин)
Если жизнь могла бы дать человеку то, чего она никогда не давала и не даст – полноты счастья, то всё равно трагизм земного бытия не исчез бы, а стал бы ещё более мрачным. Разве не ужасно, когда человека во время пира – видимого благополучия – неожиданно хватают и ведут к виселице – могиле?
Счастье на земле – тень, которую нельзя догнать: человек бежит за собственной тенью, а она убегает от него.
Но если смотреть на жизнь как на путь к вечности, тогда она открывается душе как безценный дар, тогда её тёмные глубины озаряются светом, тогда человек понимает, зачем он живет, почему страдает, во имя чего борется.
Тогда всё становится на свои места, и человек сознаёт, что жизнь дана ему как возможность приобрести навечно образ Божий или образ сатаны.
Счастья в этой жизни нет, но метафизической пустоты – чёрной пропасти, где гасли бы чувства и сознание, где человек растворился бы, превратившись в ничто, – тоже не существует.
Нераскаянный грешник переходит в область того мрачного и богоборческого духа, через который пришла на землю смерть.
Искать счастье во внешнем – самый страшный обман демона. Адам искал полноту бытия не в Боге, а во внешнем предмете, в неком плоде, который он в безумии своём счёл источником могущества, наслаждения и блаженства.
Когда мы ищем смысл жизни и счастье во внешнем, то повторяем роковую ошибку Адама. Обоготворив внешнее, он потерял Бога как внутренний фактор своей жизни.
Протоиерей Андрей Ткачёв
Осуждает других тот, кто не познал себя. То есть ты не видишь своих грехов или не знаешь о них. И стоит тебе узнать, что у тебя то же самое, твой язык скуётся молчанием. Потому что невозможно, будучи виноватым в
каком-то грехе, осуждать другого за этот же грех.
А можно просто любить людей.
Но это тяжелее. Гораздо легче разбираться с собственными грехами. Потому что грехи – на виду. И я их знаю.
Потому что грешим мы все примерно одинаково. А вот не осуждать человека – потому что ты его любишь – это тяжело. Любовь – это вообще самое тяжёлое занятие. Любовь – она очень высоко, а мы все – маленькие. Вот представьте... Иисус Христос. У него вообще нет никакого греха. Как бы Он мог осудить нас. А как Он себя ведёт?
Он вообще не собирается осуждать никого из нас. Он собирается на Крест идти за нас. Потому что любит нас.
И ещё... Вот есть такое слово – «жалость». Людей вообще жалко. Когда ты начинаешь вникать в жизнь отдельного человека, тебе становится его жалко. Каждого. Человека вообще жалко.
Потому что благодаря греху мы попали в такую катастрофу, что всё, что с нами происходит, вызывает подлинный ужас. Вот всё, что с нами стало, и то, что ещё будет. У Марины Цветаевой есть такая строчка: «Пожалуйста, ещё меня любите за то, что я умру».
Людей – жалко. Да, люди дурные, но всё равно их жалко. Да, люди невнимательные, глупые, слепые. Да, нас впереди ждёт смерть. А мы не чешемся. Делаем вид, что все умрут, а я останусь. Ну глупые мы. Грешные, глупые
и слепые. Но нас жалко. Мне должно быть жалко людей, а кому-то должно быть жалко меня. Потому что мы пьём одну и ту же чашу. Чашу бытия. Так что, если у вас будет жалость – вы не будете осуждать людей. Если вы будете их любить – а это вообще подвиг, – вы не будете их осуждать. И если вы будете помнить свои грехи, у вас половина осуждения куда-то исчезнет.
Архиепископ Феогност
Первый признак гордости – обида.
Когда человек обижается, это говорит о его скрытой глубокой гордости.
Обидчивые люди – это очень гордые, самолюбивые люди. И когда мы себя ловим на мысли, что мы обиделись, это только свидетельствует о том, что в нас живёт гордыня – эта страшная разрушающая зараза, страшная болезнь, которая поедает нашу душу, как ржа поедает железо...
Когда в нашем сердце живёт обида, у нас не может быть ни любви, ни смирения, ни кротости, ни мудрости – ничего не может быть...
Как всё просто в этой жизни: избавиться от гордыни – уйдёт обидчивость, уйдёт обидчивость – придёт сострадание и любовь к ближнему.
Протоиерей Игорь Гагарин
Видишь в храме лицемерие, глупость, злобу? Не беги. Церковь – не клуб святых. Это больница, где все калеки. И ты здесь не судья, а пациент.
Христос терпит твои грехи – потерпи чужие. Ищи не идеальных людей – ищи Бога в Таинствах. Он здесь – под видом Хлеба и Вина. Это твой якорь.
Соб. инф.