Музею русской иконы им. Михаила Абрамова в Москве – 20 лет
Здесь в окружении святых ликов рука сама собой тянется совершить крестное знамение. Иконы Спасителя, Божией Матери, наших православных святителей – в это одухотворённое пространство сразу вовлекается людская душа. И неважно, верующий ли человек, в сомнениях ли на пути к вере или вовсе атеист, любящий искусство, – остаться равнодушным к красоте древних христианских икон невозможно! Речь о Музее русской иконы им. Михаила Абрамова, что на Гончарной улице в Москве.
В 2026 году этому уникальному частному просветительскому учреждению исполняется 20 лет. Его создатель – Михаил Юрьевич Абрамов, предприниматель олигархического масштаба, создал в столице общедоступный Музей русской иконы. Безплатно – для любого посетителя. Это правило неукоснительно соблюдается уже два десятка лет. Сегодня в музее 4500 экспонатов, среди них более 1000 православных русских икон. Самая древняя – святителя Николая, XIV века, а самое первое приобретение – икона Архангела Михаила.
Наша беседа о том, как живёт сегодня музей. К великому сожалению, Михаила Юрьевича Абрамова уже нет с нами: в 2019 году он трагически погиб. Наши вопросы мы адресуем директору музея – Николаю Васильевичу
ЗАДОРОЖНОМУ. В разговоре принимает участие заместитель директора по связям с общественностью Сергей Евгеньевич БОГАТЫРЁВ.
– Николай Васильевич, с чего началась история музея?
Чья это была инициатива?
– Началось с интереса Михаила Юрьевича Абрамова к древнему русскому искусству. Сначала у него появились иконы Архангела Михаила, его небесного покровителя, ему
их дарили или он сам их приобретал. Это происходило стихийно без какой-либо систематизации. Таким образом у него скопилось значительное количество икон различных школ русских иконописцев. Михаил Юрьевич обратился ко мне и к Ирине Александровне Шалиной, главному специалисту отдела древнерусского искусства Русского музея в СанктПетербурге, с просьбой помочь собрать систематизированную личную коллекцию. Но позднее он пришёл к решению создать в Москве частный Музей русской иконы, безплатный для посещения всех желающих.
– Уже стало мемом, что при первоначальном накоплении материальных богатств люди часто испытывали желание приобрести некоторые явные признаки «аристократизма», и создание уникальной коллекции вписывается в культуру поведения состоятельных людей того времени. А как к этому относился Михаил Юрьевич?
– Через собирание древних русских икон он стал верующим человеком. И, кстати, многие коллекционеры именно через иконы пришли к вере. Я сам прошёл этот путь. Уже 60 лет занимаюсь русской иконой, приобрёл некоторый опыт, насмотренность и знания.
– Можно сказать, что благотворительность стала для Абрамова образом жизни?
– Он во всём видел Божий промысел. Не мы ищем иконы, а иконы находят в нас своих временных хранителей. Михаил Юрьевич так себя и называл – временным хранителем безценных сокровищ. Мы в России хорошо научились разбираться в западноевропейском искусстве, ценим творчество Шагала, Пикассо, а своё национальное как бы «на чердаке», яркого интереса к нему в общем-то и нет. Наш музей призван обращать внимание на великий вклад в мировое искусство древней русской иконописи.
В разговор вступает Сергей Евгеньевич Богатырёв:
– Михаил Юрьевич Абрамов был максимально открытым человеком и таким же хотел видеть созданный им музей. Не раз случалось, что кто-то с улицы стучался в двери, не зная, что по средам в музее выходной день. И всегда такому неурочному посетителю открывали двери: заходите, всё расскажем и покажем. Кстати, до сих пор у нас в правилах написано: если на экскурсию придёт всего один человек, то для него она всё равно будет проведена в полном масштабе.
Хотя мы и не стремимся к глобальному охвату гостей, но динамика посещения так выглядит в цифрах: до пандемии музей посещали 23-25 тысяч человек в год. Сейчас интерес вырос: мы насчитываем более 35 тысяч человек.
Наше собрание – это раннехристианские и византийские древности VI–XIV вв., греческие памятники, произведения христианской культуры из Эфиопии. И самое дорогое для души – коллекция русской иконописи.
Музей – это полноценное научное учреждение, и направления работы самые разные – комплектование художественного собрания, реставрация, научная атрибуция. Словом, всё, что соответствует музейным принципам, которыми руководствуются государственные хранилища. С нашей помощью многие ценнейшие произведения древнерусского искусства возвращены их законным владельцам. На сегодняшний день более 20 раритетных предметов русской иконописи вернулись в музеи Ярославля, Устюга, Мурома и других древних русских городов.
Экскурсии, выставки, в музее работает лекторий, есть обширная библиотека из разных областей иконографии, к нам приходят заниматься студенты, аспиранты московских вузов. Есть специальные детские экскурсии, на которых мы рассказываем о значении икон, особенностях их написания в различных регионах России, говорим о праздниках, связанных с изображением на иконе. Это и есть популяризация как древнего иконописного искусства, так и произведений нового времени.
Ну и конечно, выставки у нас и за рубежом. В 2021–2022 гг. такая выставка с настоящим аншлагом прошла в Южной Корее. Она состоялась уже после гибели М.Ю. Абрамова. Это было в первый раз, когда в Сеуле увидели
русскую икону! Интерес к ней был ошеломительным: её посетили 65 тысяч человек. Возвращалась выставка домой в Москву уже во время СВО, и долго сохранялся большой риск
невозврата. Мы очень переживали, но всё завершилось благополучно.
С 2017 года у нас работает крупный проект «Выставка одного шедевра». Мы деятельно сотрудничаем с музеями-партнёрами из Пскова, Мурома, Ростова, Новгорода и частными коллекционерами. К каждой такой экспозиции
готовим каталог с подробным научным описанием. Это реальная возможность помочь региональным музеям, в которых хранятся настоящие сокровища русской иконописи.
Мы показали москвичам древнейшую икону, посвящённую встрече Иоакима и Анны у Золотых ворот, из Псковского музея-заповедника, муромскую икону Петра и Февронии с клеймами жития из Муромского историко-художественного музея, икону с изображением Иоанна Предтечи из музеязаповедника «Ростовский Кремль».
За каждым экспонатом в музее стоит долгий непростой путь. Многие из них были свидетелями самых трагичных судеб их владельцев. Такова история приобретения музеем Казанской иконы Божией Матери (1880–1890 гг., Москва).
Есть серьёзные основания считать, что этот образ принадлежал царской семье Романовых и находился во время расстрела в Ипатьевском доме в Екатеринбурге. Известно, что икона была продана за рубеж в составе других русских реликвий в 20-30 годы прошлого столетия.
А ещё раньше, в 1913 году, во время празднования 300-летия Дома Романовых, Николай II совершил вместе с августейшей семьёй большое путешествие по России. После богослужения в Троице-Сергиевой Лавре каждому члену царской семьи были вручены памятные образы Сергия Радонежского.
А дочери царя Татьяне Николаевне, великой княжне, подарили ещё и Казанскую икону Божией Матери: у неё как раз в это время был день рождения.
Но у иконы есть и другая надпись, тайная, процарапанная как будто острым гвоздём: «Ек. Бур Губ.Ч.К. хран.2/43».
Здесь и расшифровка не нужна, всё и так понятно. Поэтому с большой долей вероятности, как утверждают в музее, можно считать, что это одна из икон, перед которой великая княжна, а ныне святая мученица Татиана, молилась в последние дни жизни перед страшной гибелью царской семьи в 1918 году.
После расстрела царское имущество было распродано за границу. Казанская икона уже за рубежом переходила из рук в руки, пока не попала на аукцион в Ливан. Директор музея Н.В. Задорожный был приглашён на опись коллекции.
Рассматривая икону с лупой в руках, Николай Васильевич буквально обомлел, когда увидел на её окладе этот инвентарный номер, явно указывающий на время и маршрут странствий многострадального образа…
С 2011 года, когда Михаил Юрьевич Абрамов выкупил эту икону, Казанский образ Божией Матери находится на постоянном хранении в музее как историческая и священная реликвия.
Но бывает, что множество как будто случайностей сами собой складываются в единственный путь, ведущий к находке. Об одном таком случае рассказывает Н.В. Задорожный:
– В эту поездку мы с заместителем директора по науке музея Ириной Александровной Шалиной собрались навестить нашего общего друга Курта Эберхарта, тоже коллекционера, живущего в небольшом немецком городке
недалеко от Штутгарта. Бывали там не раз, и я хорошо знал дорогу. Въезжаем в городок, находим нужную улицу, а дома Курта не вижу. Навигатор подтверждает, что мы у цели. Проехал один раз, другой – не узнаю дома! Решил развернуться в тупичке и вдруг… врезаюсь в ограду соседнего дома. А я водитель с 40-летним стажем! На шум выскакивает удивлённый Курт, с радостью обнаруживает нас, но встречу приходится немного отложить. Курт объясняет, что надо поехать в полицию, чтобы получить справку о том, что я не нанёс никому вреда. Отправляемся в полицию, а Ирина Александровна с хозяйкой остаются в доме одни. При этом моя коллега не знает немецкого, а Розмари – английского. Общение, понятное дело, затруднено, и Ирина просит разрешения ещё раз посмотреть коллекцию, которую, впрочем, видела неоднократно. Рассматривает картины и вдруг на стене под лестницей замечает деревянный резной двусторонний крест. Спросила о возможности изучить его поближе и удостоверилась: крест XVI века. Надо выкупать! Но как? Известно, что Курт никогда ничего из своей коллекции не продаёт. Это его принцип.
Между тем, возвратились из полиции и мы с Куртом. И вдруг неожиданно узнаём, что семья нашего немецкого друга находится в затруднительном положении: срочно нужны деньги, чтобы помочь сыну. Мы тут же звоним Михаилу Юрьевичу Абрамову с предложением выкупить ценную древность. В несколько минут ситуация разрешилась: везём крест домой в Россию.
Ирина Александровна начинает поиски и находит в альбоме «Древнее хранилище Ростовского музея» фото именно этого запрестольного креста. Оттуда он в 1995 году был похищен. И вот чудесным образом нашёлся в Германии! Мы «набрели» на него благодаря стечению множества бытовых случайностей. Другими словами – это ангел-хранитель вёл нас к финалу истории замечательного открытия.
А древний запрестольный крест был торжественно помещён на своё законное место в музее-заповеднике «Ростовский Кремль».
– Николай Васильевич, говоря о Михаиле Юрьевиче Абрамове, вы ни разу в нашей беседе не назвали его «спонсором», а только меценатом, просветителем, благотворителем.
– Спонсор – это не про Абрамова. Делатель – вот правильное определение. Он построил четыре храма в одной только Москве и оснастил их всем необходимым для богослужений.
Был попечителем множества старинных монастырских обителей. Никогда не спонсировал чужие проекты, потому что знал цену деньгам, но делал всё самостоятельно, «под ключ».
Вот только некоторые из адресов милосердия в Москве. Храм Преображения Господня на Преображенской площади – дело его рук. Он лично заказал для него иконостас, выстроил детский центр. А ещё церковь Преподобной Марии Египетской в Братеево. И там же храм Чуда Архангела Михаила.
Когда будете в Савво-Сторожевском монастыре под Звенигородом, обратите внимание на его западный вход. Его тоже возводил Михаил Юрьевич Абрамов.
За свою в общем-то недолгую жизнь Михаил Юрьевич сделал так много, что и не перечислить. Да и мы не всё знаем о всех сторонах его меценатства. Это как айсберг, когда нам видна лишь малая надводная часть, а его самая большая глубинная и есть главная суть. А слава ему была не нужна, ведь благие дела любят тишину.
Рассказывать о музее, описывать его экспонаты в журнальном формате – дело неблагодарное. Надо видеть воочию эти яркие, радостные, праздничные, будто лучом солнца озарённые иконы. Благодаря старинным произведениям
русского искусства сегодня мы можем представить своих далёких предков – как жили они, о чём думали и как молились.
Одна из таких народных «наивных» икон сразу привлекла моё внимание. Она посвящена Богоматери Шуйской.
Этот список со Смоленской иконы Божией Матери был сделан во второй половине XVII в. во Владимирских землях. Местное предание свидетельствует о том, что перед святым ликом молились от свирепствующей в то время на Руси моровой язвы.
Смотришь на икону и понимаешь, почему, несмотря на символичность, взгляд Божией Матери вызывает самое тёплое сочувствие, доверие и защиту.
В зале русских святых лики на иконах преподобных Зосимы и Савватия – это целая летопись создателей Соловецкого монастыря. Иконы смотрятся как живописные картины с белокаменной архитектурой русского Севера. Здесь же Иннокентий Иркутский, Нил Столобенский – обобщённый облик русских святых, создателей православных монастырей.
Отдельный раздел – мастерская иконописца, здесь расскажут о всех стадиях написания иконы. На специальных тренировочных досках иконописцы учатся изображать лики, складки одеяний, украшения на ткани. На самом деле
это уникальное учебное пособие для изографов.
В музей лучше прийти лично, а потом возвращаться ещё и ещё раз. Чтобы, к примеру, познакомиться с коллекцией христианских икон из Эфиопии – настоящей редкостью в наших российских краях. Узнать, почему иконописцев из Оружейной палаты называли царскими и зачем псковские иконописцы изображали коня Георгия Победоносца в белой масти, а ростовские – гнедой. Что собой представляют «раздаточные» иконы в старинных русских монастырях. И почему мастер школы Оружейной палаты Симон Ушаков предпочитал ставить в уголке иконы свою подпись. А ещё заглянуть за дверь настоящей старообрядческой молельни XVII в., привезённой в музей из Тверской области. Здесь погружаешься в реалии того времени в полном объёме: низкий потолок, деревянные скамьи, по кругу старообрядческие иконы, старинные лестовки. Каждое брёвнышко этой молельни дышит русской стариной и древностью.
Чтобы насладиться красотой русской иконы, надо просто записаться на сайте музея на экскурсию. И не забудьте: всё в музее, от первого шага до выхода, – безплатно.
Книга отзывов Музея русской иконы им. Михаила Абрамова составляет 7 увесистых томов. Но все их по своему значению перевесит одна-единственная фраза, оставленная посетителем: «Я пришёл к православной вере через
русскую икону».
Мне же хотелось рассказать о том, что в столичных координатах есть уникальное общедоступное пространство русского искусства, культуры, истории страны и Православия, созданное патриотом, просветителем, гражданином России, который жил по принципу: «Не мне, но России». Такие люди во все времена во всех странах встречаются нечасто.
Но у нас они есть! Пример тому яркая судьба российского благотворителя нашего времени Михаила Юрьевича Абрамова. Негромко, без ажиотажа, без ожидания благодарности и, как теперь говорят, хайпа они делают большое дело: не только сохраняют историю своей страны, но своими благородными деяниями сами творят её. И становятся необходимой и незаменимой частью этой истории.
Надежда Валентиновна ПАВЛОВА
Фото предоставлено
Музеем русской иконы
им. Михаила Абрамова